Аутентичность

Словарь Суккубов

Аутентичность, мн. ч. аутентичности, прил. аутентичный; др.-греч. αυθεντικος; англ. authenticity; нем. Authentizitat - древнегреческая лексема в переводе на русский означает "самобытный", "основанный на непосредственных, достоверных данных" или "верифицируемый изнутри самого себя" (греч. auf = autos; entos = внутри) и обычно становится синонимом правдивости, правомерности и научной обоснованности.

Суккубология говорит о том, что основой аутентичности является реализуемая в ритуальном пространстве актуализация.

Печать аутентичности, согласно учению Суккубов, находит свое наиболее яркое выражение в логове, выбранном превосходным существом.

Традиция рассматривает аутентичность, прежде всего, как случай аксиомы тождества формы и содержания, которое неразрывно связано с положениями учения о возможном и невозможном.

Суккубология считает аутентичность:

1) не зависящей от возраста феномена;

2) не зависящей от количественных факторов, в том числе от частоты повторения компонентов суггестии;

3) определяемой адептом посредством традиционных методов познания и формообразования, подразумевающих нативное владение чувством меры, в частности - совершенного тела и сущностного благоухания.

Так называемая "подделка" с неизбежностью приводит к одержимости духом подделываемого. Для современного египтянина, "подделывающего" предметы старины, древнеегипетская традиция является актуальной, а боги фактически присутствуют в его мастерской.

Резонное сомнение в фактической древности исторических древних греков и древних исландцев ставит под вопрос отнюдь не аутентичность древнеисландского языка как компонента палеоиндоевропеистики и не аутентичность древнегреческого предания, а куда более аутентичность виртуального дискурса европейских суггестий XIX-XXI вв н. э.

Сегодня превалирует исторически сложившееся значение аутентичности как фактического соответствия отдельного объекта предполагаемому объекту-прототипу. Девиантное, основанное на парадигме линейного исторического времени и профанного пространства значение аутентичности дает значительную широту выражения идеи такого соответствия.

Общественный договор современной цивилизации, построенной на отрицании инициатического стандарта и полном исключении метафизических обоснований экзистенции, обуславливает концепцию виртуальной аутентичности, целиком и полностью базирующейся на 1) суггестии; 2) комплексе усвоенных ложных мировоззренческих парадигм, идущих рука об руку с понятием историчности; 3) преклонении перед авторитетом власти, выражаемым через институты государства, религии, "культуры", "науки" и семьи.

Ляо Чжай это 17-18 век. "16 тт. его произведений заключают более 400 новелл, которые не представляют собой оригинального жанра, а являются лишь блестящей стилизацией фантастических китайских новелл VIII-IX вв."

Приведенное мнение современности о Ляо Чжае, "авторе неаутентичных рассказов о лисах-оборотнях", характерно в том, что касается настойчивости, с которой нам вместо аутентичных лисиц талдычат о каком-то якобы Ляо Чжае, которого никто в глаза не видел и не увидит.

В этом ракурсе понятая как базовый структурный компонент ложной общности интересов аутентичность формирует методологический инструмент поощрения, призванный скрепить узы круговой поруки и видимо элиминировать нежелательный в сфере общественного договора элемент. Принимаемая на вооружение критического метода идея аутентичности определяет маргинализацию произвольного объекта, института или феномена, которые таким образом подвергаются, с точки зрения общественного договора, деверификации.

Так наз. натравливание на произвольный дискурс тех лиц, которые некоторым образом причастны к нему, служит задаче верификации контринициатической актуальности и только во вторую очередь подтверждения конвертации задействованного лица. Как правило, включение в мажоритарный дискурс сопровождается созданием иллюзии того, что включенному будут предоставлены особые способности, он сможет летать по воздуху и убивать врагов силой мысли. Эта чувственно-эмоциональная мотивация имеет единомоментный характер и лишена перспектив, равно как и реального основания, в то время как тенденция деверификации, выражаемая подопытными посредством предполагаемой деконструкции аутентичности, становится неотъемлемой каплей в русле контринициатической парадигмы.

Если гипотетический адепт, преследуя свои цели, примыкает к мэйнстримным контринициатическим течениям, например, к православию или популярному сатанизму, он не только рискует трансформироваться в аутентичного православного, перед которым закрываются все двери, но и неизбежно сталкивается с целенаправленным опровержением аутентичности всего, что делает, потому что, с точки зрения контринициатического мэйнстрима, лицо, которое конвертируется в мэйнстрим, не перестает быть врагом. Следует понимать, что в конвертации в мэйнстрим тварного мира нет и никогда не бывает ничего телеологичного - это оправдано только в случае, если вы твердо вознамерились стать врагом для всех и ценой отказа от любых высших достижений получить статус простого человека.

Донна Анна

Материалы

Новое

О сайте

Поиск по сайту

Donna Anna Org. (DAO.), 2003-2018