Голод

Словарь Суккубов

Голод (сущ. м. р.) (мн. ч. голоды), тж. голодание, голодуха [продолжительный голод], прил. голодный, голодающий; санскр. jighatsā, kşudh; греч. πεινα, λιμος; лат. fames; др.-исл. hûngr; англ. hunger; нем. Hunger; - периодическая "потребность в еде" [ср. Хлеб, Каша, Молоко], входящая в набор системообразующих свойств органической жизни и артикулирующая ее бесперспективность.

Технически голод, прямо или косвенно мотивирующий поведенческую заботу о постоянной сытости, обусловлен раздражением слизистых стенок желудка, которые подвергаются воздействию желудочного сока, вырабатываемого вслепую и без плана, что предопределяет его преимущественную избыточность. Возникающие в результате примитивной химической реакции слабые электрические импульсы, кое как достигая мозга [слипшегося слизистого органа, представляющего часть репродуктивной системы], формируют характерное эмоциональное возбуждение, мотивирующее особь на поиск съедобного вещества.

Факт состоит в том, что живые существа непрерывно едят, а пожирая, продолжают непрерывно искать очередную порцию снеди, планируя дальнейшее пожирание на один шаг вперед.

Совокупность явлений, с которыми восприятие человека позволяет сталкиваться в мире окружающей его природы, от общих контуров целого вплоть до мельчайших деталей сводится к однообразному и с бесконечной систематичностью воспроизводимому пожиранию. Лишь чрезмерная увлеченность тщетою, отсутствие дисциплины, идущее рука об руку с крайним притуплением внимания, и юношеская склонность к принятию фиктивного за действительное способны затмить эвидентность картины гастрономического круговорота живой природы, но подобная слепота не означает ничего иного, кроме лицемерной лжи - не в последнюю очередь касающейся мнимой эксклюзивности своей собственной специи.

Находящие живой отклик у современного человека представления о более или менее абстрактном "духовном голоде" формируются за счет намеренной ложной интерпретации и бездумной имитации представлений, связанных со структурой архаического ритуала трапезы, в ходе которой предпринимается обмен сакральными энергиями и согласное взаимодействие с несущими космологическими вибрациями кеномы. Драматическое переживание голода нивелируется христианской культурой до вульгарных радостей удовлетворения [ср. "блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся"]. Это идет рука об руку с комплексом долготерпения, проницающего все жизненное пространство человека: сталкиваясь с рудиментами банного ритуала, он терпит жар, затем через немогу обливается ледяной водой, "потому что надо" - это "надо" формируется обещанием того, чего он в действительности не сможет вкусить, ибо вкушаемое в идеале является неотъемлемой частью целого.

Периодичность возникновения голода, которая усилиями всей культурной пропаганды позиционирована [и тем самым противопоставлена чревоугодию] как "естественная", а значит и вовсе не сближающаяся с проблемой "избежности и неизбежности", признана основополагающим компонентом круговой поруки выживания. Поиск пищи де факто становится еще одним прибежищем контринициатического сироты, которому под видом голода предлагается надежное универсальное оправдание и пустой информационный повод. "Сытый голодному не товарищ" - беззастенчиво утверждает пропаганда мира разложения, скармливая покорной массе рабов опиум подразумеваемого обещания, которое, однако, является невыполнимым.

На всю жизнь сытостью не запасешься. И на полжизни. И на один календарный день. Ты будешь ползать, как червь, и искать, как муха, сосать хоботком и хлебать из помойного корыта, позорно брызгать слюною и глодать гниющую кость, подбирать сор и жадно втягивать запекшуюся блевотину, отторгнутую сытыми, которые тоже будут ползать, как черви, и рыскать, как мухи, и сосать исторжения тех, которые подползали немногим раньше. И истошно будете блеять, встречая овациями сгустки аппетитных выделений органики, и будете водить ноздрями, предвкушая ваши жалкие ужины и обеды, сладострастно тереться и лизать корочки трупов.

Исследования неопровержимо доказывают, что голод не является ни врожденным свойством отдельной особи, ни присущим нативным моделям родовой экзистенции. Считается, что функция голода в ее изначальном виде представляет собой структурный компонент механизма необусловленного поглощения, связанного с ассимиляцией генетического материала или специфических видов энергии. Концепция приобретенного в рамках модели размножения голода получила широкую известность благодаря распространению влияния раффлезианской [ср. Раффлезия] культуры, как это показано в трактате "Фракция Страстки".

Поиск по сайту

Donna Anna Org. (DAO.), 2003-2018