Кровь

Словарь Суккубов

Кровь, сущ. м. р. (мн. ч. крови), прил. кровяной, кровавый, тж. окровавленный [покрытый кровью], кровоточащий [истекающий кровью]; санскр. rakta, lohita [ср. loha, железо], kşataja; евр. דם; лат. sanguis, cruor; др.-врх.-нем. pluot; гот. blôþ; др.-исл. blôð; англ. blood; нем. Blut - традиционное обозначение текучей субстанции, обеспечивающей поддержание жизнедеятельности организма.

Палеоиндоевропейское понимание крови как красного нектара ["der rothe Saft", ср. Красное вещество] находит свое примерное отражение в санскр. слове rakta ("красное"), которое основано на парадигме rac/ruc, в общем и целом ложащейся в основу круга понятий свечения, накала и ярости в их сосредоточенной форме [напр. о раскаленных внутренних областях печи].

Считается, что кровь представляет собой фамильный признак или критерий принадлежности к своему племени. В этом отношении существует приоритет крови над совокупностью других признаков, в том числе пространственных. Кровь демонов является тем, что предопределяет сегрегацию адепта по родовому [ср. Гендер] признаку, имеющему примат над половым, профессиональным и возрастным. Фамильная или родо-племенная принадлежность любого члена коллектива находится в прямой зависимости от регламентируемого инициатическим стандартом воспитания кровью колыбельных демониц.

Рудименты архаического представления о примате крови находят свой девиантный выход в виде запретов, накладываемых целым рядом религиозных школ на вкушение крови [напр. животного]. Принято справедливо считать, что кровь животного [напр. грызуна] обладает большей силой и эффективностью, чем маловразумительная субстанция, которая лежит в основе общности верующих.

Пространственный признак, часто именуемый словом "почва" или "земля", подчинен крови, ибо знание топологии открывается в иерархии, принадлежность к которой дается через кровь.

Традиция Суккубов рассматривает кровь как компонент болотницы, в том числе выпитой. Текучесть крови соответствует аналогичному качеству дрёмы.

Донна Анна разжала когти и тело грузно повалилось на пол. Падение с трехметровой высоты не должно было причинить вреда трубочисту, который, в силу своей выучки, должен был уметь спуститься с крыши без лестницы. Тем не менее, если он не успел подобраться, а в бессознательном состоянии это было сделать достаточно трудно, то с неизбежностью получил внутренние травмы.

-Ничего такого, что не залечилось бы от демонической крови. - Сказала Донна Анна в ответ на мои опасения.

-Неужели ты планируешь дать ему кровь?

-Конечно, без этого теперь не обойтись. Видишь ли, я не могу позволить уйти человеку после того, как он свободно наблюдал за нами с крыши.

Она была права. Пока мы с ней, с Донной Мариам, с Зигфридом, нашим слугой, и с неразлучными близняшками-гиноморфами, нарядившимися в платья гармишских пастушек, в саду занимались качелями, планируя открыть врата преисподней, трубочист, который пришел еще неделю тому назад (очевидно, бедняга был парализован и чудом удерживался рядом с трубой), с немым интересом наблюдал за нами. Его выдал блеск пуговиц. Донна Мариам мгновенно вспылила (подняла облако пыли из пудренницы), а потом последовала за Донной Анной: они налетели на нарушителя с двух сторон, некоторое время перетягивали трепещущее тело, словно не придя к окончательному решению, а затем стали описывать круги над мощеным двориком, покуда в их сестринских сердцах не воцарилось согласие.

-Он станет частью нашей семьи, это раз... - Спокойно продолжала она. - А раны его исцелятся, это два.

Получающий кровь Суккубов мгновенно исцеляется от всех недомоганий и ран, кожа его становится ровной, борода заостряется, конечности наливаются силой. Лишь значительно позднее природа органической формы берет свое, вступая в реакцию со славной пылающей кровью, и тогда форма разрушается: сгнивают внутренние органы, атрофируются мышцы, а интеллект вытесняется слепым инстинктом, чтобы вскоре уже от бывшего живого существа осталась только дергающаяся упругая оболочка - не властная над материей, но по своей сути нетленная, как кровь, дар коей ею воспринят.

-Прежде всего потребуется очистить сосуд тела.

-Я сделаю это. - Зигфрид вызвался и в его пальцах заблестел ланцет. Близняшки с серьезными минами принесли корыто и помогли уложить над ним трубочиста. Несколько умелых надрезов - и вот стекает темная липкая влага по стенкам. Донна Анна осторожно обошла корыто и взяла за руку Донну Мариам, которая трогательно помахивала хвостом. На лицах обеих читалась смесь брезгливости с заботливым участием. Затем они демонстративно отвернулись.

-Когда это будет удалено, дайте нам знать.

Зигфрид очень старался - высунув кончик языка и отмахиваясь от докучливых мух, он обождал истечения крови, после чего зализал раны и придирчиво осмотрел сильно побледневшего трубочиста. Затем кивнул и деликатно кашлянул.

Донна Мариам покосилась, но не спешила поворачиваться. Крылья Донны Анны медленно расправились.

-Сегодня у нас день неразгаданных головоломок? - Ее голос прозвучал резко, заставив Зигфрида вскочить. Близняшки сбросили тело в пыль и тогда, совладав с паникой, слуга уцепился за край лохани - потащил вон со двора.

-Я ее вылью, вылью там на землю... сейчас уже можно будет повернуться... - Извинялся он на ходу.

Оба гиноморфа с уважением отступили на шаг, пропуская Донну Анну к неподвижному телу. Та на ходу ловко открыла грудь, тяжелая ткань сарафана соскользнула на бедра. Обнажились крепкие сосцы, на остриях почти белые от накала, к краям же приобретавшие темно-розовый оттенок матового металла. Донна Анна запустила когти в волосы трубочиста и легко подняла его, чтобы прижать к своей вибрирующей груди. Трубочист с каждой минутой наливался румянцем, расцветал, а вскоре стал причмокивать и с жадностью всасывать кровь Суккуба, инстинктивно стараясь выпить как можно больше. На бесцветных губах появлялись язвы с ожогами, которые, впрочем, тотчас заживали.

-Теперь я кормлю. - Сказала Донна Мариам, внимательно следившая за сестрой. Та сверкнула глазами и не глядя передала трубочиста.

Кровь для трубочиста [см. тж. Превентивное устранение конфликта]

Поиск по сайту

Donna Anna Org. (DAO.), 2003-2017