Купальня

Словарь Суккубов

Купальня, (сущ. ж. р.), (мн. ч. купальни), прил. купальный, совершающий омовение в купальне; санскр. tIrtha; греч. βαλανειον, λουτρον; лат. bal(i)neae [мн. ч. - ср. русск. вóды], bal(i)neum; др.-верхненем. pad; англ. bathhouse, bath; нем. Bad; - место омовения, как правило, ритуального.

Индоевропейская лингвистика сегодня однозначно признает единство инд.-евр. корня bhat и русск. вода, происходящих от одного палеоиндоевропейского корня, служащего обозначением носителя ритуальной [жертвенной] субстанции, такого как вода, речь, ветер и огонь.

Что касается русского слова "купальня", то эксперты неопровержимо доказывают фундаментальное родство лежащего в его основе корня kup с парадигмой копыт, таким образом указывая на изначальное значение термина: купальня - это водоем, в котором демоницы блуда и смертодеяния омывают сладострастные копыта.

В топологии изначального пространства купальня занимает место на левом берегу реки напротив зиждящейся в безвидном потоке Печи Творения. Как место действия купальня отмечена в последних главах суккубологического эпоса Божественная Быстрота.

Прототипом купальни учение Суккубов считает небытийный Колодец Пустоты.

И вот как славно, что в купальнях изначального пространства - мрак с безмолвием: смыкаются уста изваяний, которым не нужно не только умирать, но и мыслить.

Безмолвие водопадов бездны

Донна Анна вошла в купальню и сбросила платье, как чешую. Соскользнувшие с динамичного тела драгоценные ткани тлели среди камней, вызывая значительное задымление.

Я увидел этот дым и вспомнил лестницу - спиральный мост, пересекающий тысячи космических этажей, ведь все они, как и мерцающая гладь самого моста, происходили из дыма.

Тяжкий, плотный дым возносился к высокому потолку, где намечались ряды изваянных астрометрических фигур, которые неровно косились в поле зрения, но, если удавалось охватить взглядом весь ряд, очаровывали непрерывностью волны, подобной плетению заговора.

Замерев над краем заманчивого бассейна, она опустила нагое копыто в бархатисто-черную жидкость, потом сделала шаг и погрузилась едва ли не по пояс, возвысившись благодатной твердию лобка над гладью вод, как быстрая ладья. Я поймал на себе заговорщицкое сверканье очей Донны Анны - она описала когтем витиеватый знак: "приди, приди".

Я подошел, в томительном пассионарном изнеможении стремясь к соитию наших длинных языков и теснению тел в жаркой тьме небытийной купальни.

Донна Анна в купальне

На дне мраморной ванны, достаточно просторной для того, чтобы в ней могло уместиться от двух до трех купающихся Суккубов, не считая суккубопоклонника, сейчас бесхитростно кувыркалась розовая гусеница.

Гусеница

Неразрывно связанная с концепцией купальни традиционная русская баня, которая, олицетворяя собой экстремальные и труднопереносимые для человеческой формы условия ритуального пространства, вплотную подводит к пороговому состоянию, в общем и целом базируется на попытке воссоздания констант сакральной топологии. В структуре и функции русской бани намечено сближение мрака и накала прокреативного огня с метафизическим катарсисом, освобождающим сознание от ложного ограничения миров яви, как это происходит с героем х/ф "Гонгофер", вводимым колдовской блондинкой в чертоги роскоши и богатства.

В мир загробный я вошел через воды... [...]

Вода и огонь с традиционной точки зрения представляют превосходные средства передвижения между мирами - открытые перед адептом врата. То, что погружено в воду, как и то, что брошено с моста, принадлежит качественно иному пространству.

Купание представляет собой, прежде всего, претворение парадигмы перехода, в частности - погружения в навь. Популярное ныне понимание бани, впрочем, как и любой купальни, в утилитарно-бытовом ракурсе как места профанного мытья принято считать закономерным следствием общей культурной деградации.

Поиск по сайту

Donna Anna Org. (DAO.), 2003-2017