Та сила, что вечно хочет Зла и совершает Зло

Очутившись в Палатях Предварительного Заключения, длящегося шестнадцать тысяч лет, Зигфрид имел возможность познакомиться с населяющими их обитателями, одним из которых предстояло провести здесь тысячелетия, постепенно разбавляясь мочой тушканчика, другим-же совсем немного, ибо они были по-природе мягки и легко разлагались под воздействием Пустого Слова, изошедшего из Темных Небес.

Пустое Слово проводила с заключенными двенадцать часов ежесуточно, увещевая их по-хорошему и заманивая в логические ловушки. На Зигфрида она в первые годы не обращала внимания, словно бы давая ему освоиться и предоставляя шанс добровольно разложиться на ангелические элементы, необходимые Эшвастраэль для вредоносной работы.

"Разве не спутаешь Ты, когда будет истомлено сердце Твое, Пустое Слово с той благословенной девою, которую называют Дочь Гласа? Что скажешь Ты, если сочтешь ее за правду в ушах Твоих?" - Гласил соответствующий параграф инструкции.

Стены палатей были увешаны трофеями - здесь были не только изъеденные адовыми червями омерзительные головы ангелов-хранителей, поддавшихся разложению под воздействием очарования Пустого Слова, не только вымазанные смолою кожи и отдельные перья, но и разнообразнейшее оружие. Были здесь сабли, инкрустированные самоцветами, украшенные гравировкой мечи, овитые спиралью копья, скрученные хлысты пастухов, декоративные ключи, которые подошли бы к очень большим замкам, а также магические кольца, некоторые из которых были прибиты к стенам вместе с пальцами Победителей Демонов, некогда томившихся в палатях.

Не меньше здесь было и подарков Эшвастраэль, призванных скрасить существование пленников. Эти подарки были красивыми вещами, вышедшими из моды, ожерельями, диадемами, поясами, платками, подвесками, остриженными ногтями, подковами приносящими счастье. Пустое Слово, которую на самом деле действительно звали Дочерью Гласа, объясняла, что поклоняющиеся должным образом вещам, когда-либо соприкасавшимся с Эшвастраэль, вполне могут рассчитывать на досрочное освобождение.

Мы не знаем, что стало с Зигфридом и сколько лет провел он в Палатях. Его фигура быстро сделалась, какой ей и предначертано быть, неотличимой от общей массы праедестинированных жертв, а когда была вновь сделана отличимой, то был-ли это именно он, существенной роли уже не играло.

Тем временем над комариными полями, которые так назывались за то, что сидели на них мильонами комары не живые и не мертвые, тесно прижавшиеся, слегка подрагивая и шевеля крылышками, а очами пристально следя за неровностями пространств, стоило таким появиться, что случалось не чаще раза в тысячу лет, в бледно-розовом запустении кто-то подтасовывал факты, ибо не пересечь полей комариных, не подставив на место сдвигаемого куска пространства в точности ему противоположного, позаимствованного где-нибудь в другом месте, где исчезновение и появление не представляет из себя ровным счетом ничего экстраординарного.

Группа философов-иллюзионистов, попросту фокусников, из тех, которых рисуют на картах таро, придумала историю человечества, но поскольку они были бессмертны, им не суждено было лицезреть посмертного монумента себе, на который нам так хотелось бы прямо сейчас посмотреть, а кто видел вечный огонь, которого не зажжено?

Эшвастраэль помнила, как рождались головокружительные проекты, остававшиеся на бумаге в силу недостатка опыта исполнителей. Когда воду превращали в огонь, она приняла основную силу удара на себя, но теперь вспоминает о том с легкой долей здорового скепсиса, ведь эти горящие света миров всего лишь фонари, бесконечными рядами выстраивающиеся вдоль дорожек, набережных и аллей, и только первые триста-четыреста миллионов раз это кажется со всей присущей искренностью внове и вызывает неподдельный интерес. Затем вы делаетесь респектабельнее и начинаете коллекционировать плафоны, эти банки с керосином на стенках их и живым существом внутри, а в душе вашей воцаряется вечность, ибо вы стали гомогенны со всеми остальными, которые тоже коллекционируют плафоны, абсолютно одинаковые, в неизбежно одинаковом количестве, в умопомрачительно постоянной форме. Со временем стирается различие между сотворившим сто тысяч миров и девяносто девять тысяч. Брахманическое спокойствие, безмятежность долго-живущих естественно оформляется в виды охоты, в пасторальные зарисовки и колыбельные песни вампира, несомого на одних крыльях с ночью. Невинные проказы, уколы булавкою, уничтожение мира, созданного вашим заклятым врагом - что может быть проще и в то-же время занимательнее в плане культурного времяпровождения?

После удачной охоты Эшвастраэль обычно впадала в своего рода оцепенение, ни с чем не сравнимое медитативное состояние удава, позавтракавшего слоном. Именно в этом состоянии и открывала она богатство идей, а беря из него ту или иную, обеспечивала бесперебойное наличие ключевых точек в истории культур, субординированных относительно существ ее рода и положения.

План, пришедший ей на ум, блистал простотою и в то-же время благородной утонченностью. Эшвастраэль вспомнила о том, что в одном из миров, субординированных относительно существ ее рода, некие создания, отдаленно напоминающие гандхарв, собирались в течение следующих лет реализовать на практике сщепление атомного ядра, что на самом деле невозможно, поскольку их мир сразу-же будет отключен и займет место в чьей-нибудь коллекции. Эксперимент этих созданий начинал привлекать внимание широких масс и Эшвастраэль ни за что не упустила бы теперь возможность пополнить свою коллекцию плафонов. От предвкушения соревнования за плафон, апогеем которого, возможно станет отчаянная схватка, конечно, с кровопролитием и всем, что полагается, Эшвастраэль приятно содрогнулась и вытянула ноги, закинув их на спинку высокого кресла. Недавно она прошла модный курс удлинения ног и теперь не упускала случая выставить их на обозрение, даже если этому не было свидетелей.

Однако минутой позже мысль о соревновании уже не казалась ей столь блестящей. Взвесив за и против, Эшвастраэль решила, что бегать наперегонки было бы вовсе не престижно. В конце-концов, чтобы продемонстрировать ноги, вовсе не обязательно бегать наперегонки, а скорее наоборот. Ведь в случае соревнования (для того, чтобы на ноги обратили внимание) придется стараться, возможно выбиваться из сил, к чему Эшвастраэль ничто не обязывало. Поразмыслив, она остановилась на другом методе демонстрации своей силы, подразумевавшем, что ей не придется ничего делать самостоятельно, а тем более подвергаться самому худшему, что в данный момент могло представить ее демоническое сердце - испытанию себя и суждению со стороны недостойных. Надо заметить, что все живые существа являются априорно недостойными, прежде чем смогут доказать обратное, причем весомость их доказательств далеко не всегда столь самоочевидна, как представляется им самим.

Посему Эшвастраэль позвала Пустое Слово и обратилась к ней со следующими словами:

"Приведи-ка ко мне того ангела-хранителя, которого я поймала последним, ибо он еще не переработан, а у меня есть для него кое-какое задание."

И пошла Пустое Слово в Палати, увидела там, что посматривает задумчивый Зигфрид на разные регалии, украшающие стены, и сказала:

"Зигфрид-Зигфрид, возрадуйся, ибо праведным поклонением Регалиям заслужил ты милость к персоне своей и теперь желают видеть тебя. Следуй за мной."

Эшвастраэль, убедившись в том, что Зигфрид доставлен вполне вменяемым, сказала так:

-Послушай, наверное известно тебе о существовании различных людей, ведь ты сам являлся Ангелом-хранителем какого-то человека. Есть у меня на Земле на примете один человек, благоприятного нрава, абсолютно не боящийся Добра, спокойно следующий стезею Зла. Когда-то он заключил контракт со мною в обмен на обещание не руинировать его судьбу сей-же час и не превращать жизнь в худшую пародию на адскую муку, какой она тому человеку представлялась. Мы, демоны, обладаем чутьем относительно определенных представлений живых существ и способны адекватно реализовать их.

-Что же теперь требуется от меня? - Осведомился Зигфрид.

-Посмотри на этого человека: это Иов из земли Уц, правда он очень милый?

-Что же ты хочешь, Эшвастраэль, - отвечал Зигфрид, поглядев на Иова, - ведь ты всем обеспечиваешь его и ограждаешь от влияния Добра. Неужели он оставался бы таким-же милым и нетребовательным, несложным в управлении, если бы ты не опекала его, позарившись на душу его?

-Душа его мне не нужна! - Вспыхнула Эшвастраэль, страшно обидевшись за то, что ее мотивы истолковываются столь вульгарно, ведь ею в деятельности ее управляло лишь чистое порочное любопытство. - Мне нужно лишь то, что причитается мне. Но тем не менее в твоих словах есть доля истины, и если бы я заранее не была согласна с долей истины твоих слов, то не начинала бы никаких дискуссий. Я захотела испытать этого человека и ты поможешь мне осуществить это дело.

-Каким-же образом?

-Ты подменишь Ангела-хранителя этого человека, вселишься в него, обживешься и вступишь с ним в контакт, назвавшись Господом Израиля. Не заботься о том, как подменить того другого - это я могу устроить сама. Ты мне нужен только по той причине, что исполнение подобной роли было бы несоответственным моему высокому положению в обществе и благородному происхождению. Ибо если ты спросишь, "живет ли бог во псе?" - мой ответ будет категоричен: "ни в коем случае."

-Похоже, ты настроена достаточно категорично по-отношению к нему! - Заметил Зигфрид.

-Разве ты думаешь, что я стала бы допускать испытание, заранее не зная его исхода? - Подозрительно прищурившись парировала Эшвастраэль. - Когда ты войдешь с ним в контакт, он забудет об обязательствах передо мною и станет врагом самому себе. Защита от Добра, милостливо даваемая по условиям контракта, обернется против него, ибо он будет искать состоятельности себя как созерцаемого с точки зрения Добра, причем нам совершенно безразлично, чем будет являться Добро, поскольку ты можешь использовать заклинания внушения, которыми я тебя снабжу в дорогу, для внушения ему того, что тебе первым придет на ум. Он в любом случае не будет чувствовать разницы, и не потому, что не имеет возможности сравнения, а потому, что не наделен чувством меры, например таким, каким наделен даже ты. То, что обрушит на него Добро, все эти примитивные знаки внимания наподобие руинирования, язв, не затрагивающих душу, но призванных реализовать суггестию и доказать то, что заранее требовалось, будет допущено нами для чистоты эксперимента, ведь нарушение верности нам освобождает и нас от определенных обязательств, и посмотрим, что он скажет на козырь Добра - радикальное уничтожение души. Вот тогда и поглядим, отречется ли он от тебя. Строго говоря - я доверяю эту тайну тебе, потому что ты как-никак мой сотрудник - меня в этом опыте интересует феномен уничтожения души, ведь этот радикальный козырь Добра по-прежнему считается некоей выдумкой, поверить в реальность коей благородное живое существо, такое как я, в-принципе не может. Понимаешь, если в мои руки попадет секрет их козыря, я позабочусь о том, чтобы ничего подобного больше не было - я уничтожу это как прецедент. А если я уничтожу их главный козырь, то стану Первой Леди со всеми вытекающими из этого последствиями, и ты тоже не останешься в долгу, обещаю! Человек-же будет нашей подставной фигурой, приманкой.

-Кодекс Святого Ангела-хранителя диктует использовать чувство меры по-мере того, как курируемый индивидуум будет в нем нуждаться. Поэтому я вынужден отказаться от участия в этом эксперименте. - Покачал головой Зигфрид. В его голосе сквозила обида, так как он уже успел заинтересоваться начинанием Эшвастраэль и перспективы интриговали его. Эшвастраэль-же продолжала с увлечением излагать преимущества, даруемые положением Первой Леди - ее голос понизился до утробного гудения и до Зигфрида доносились обрывки: "по-сути дела матриархат... адовых червей... гинекократия на все случаи жизни... головокружительная доминация... амбивалентный на самом-то деле... демонстрация силы... и подавление... засим откланяются, ха-ха-ха..." - Спустя минуту Зигфрид деликатно прокашлялся и повторил ноту протеста против своего участия в эксперименте.

-О, об этом можешь не беспокоиться! - Просияла Эшвастраэль. - Твое руководство пошло навстречу мне, оценив оригинальность и уникальность моего плана!

С этими словами она кивнула на стол, где лежало свернутое и запечатанное Истинной Печатью фальшивое Бессрочное Абсолютное Разрешение. Зигфрид осторожно развернул Разрешение и убедился в том, что все подписи на месте. Сим Разрешением ему Разрешалось Бессрочно выполнять распоряжения Эшвастраэль, временно могущие входить в противоречие с Кодексом, а также бесчестно хитрить, лгать, изворачиваться и соучаствовать в наихудших делах Зла, покуда таковые принимаются за неотъемлемую составную часть уникального эксперимента по испытанию человека.

Путешествия на субгравитонном уровне, к которым приходится прибегать, перемещаясь как между особо удаленными областями Преисподней, так и между степенными ярусами градации таковой, образующими так называемые миры живых существ, они же плафоны фонарей, чревато труднопредсказуемыми смещениями во времени, вовсе несущественными в самой Преисподней, где времени нет, но играющими подчас злую шутку с мирами, в которых время в той или иной мере присутствует или течет.

Вот почему Зигфрид оказался не в земле Уц летом, а весною в Германии конца середины XX в. н. Э., где вселился в наиболее подходящую кандидатуру, которая оказалась Адольфом Гитлером. Надо обратить внимание на то, что, в силу определенной конвенции, заключенной Силами для обеспечения стабильности степенных ярусов градации миров, существа внутри ярусов наделяются в известной мере свободой, что способствует личной инициативе, но в то-же время затрудняет коммуникацию с непосредственным руководителем, наблюдающим за ходом операции со стороны. Поэтому Зигфрид, не имевший опыта локальных воплощений, не мог адекватно реагировать на указания Эшвастраэль, пытавшейся, в виду изменившихся обстоятельств, скорректировать план. Адольф Гитлер, с которым она состояла в связи на контрактной основе, еще тогда в Вене, под видом простой еврейской девушки-раббанит пообещав ему блестящий талант художника в обмен на исполнение тяжелой функции мужа Анимы Нации - Рейхсканцлера - в-противность Иову не был подготовлен к испытанию промыванием сознания, следствием которого в его случае неизбежно должна была стать душевная болезнь. Дело в данном конкретном случае осложнялось тем, что применение военной хитрости в ходе операции по поимке Зигфрида привело к одновременному изменению ситуации с Анимой Нации, и возникший феномен холостячества моментально сломил хрупкую психику Адольфа Гитлера, привыкшего к тесным семейным узам, результатом чего был запрограммированный сюицид в течение одного дня.

Лишившийся базиса в локальном воплощении, Зигфрид впал в кому, что вызвало легкое смятение Эшвастраэль, однако смогшей спасти результат своей охоты от диссолюции в пламени плафона, изобретя НЛО и введя их в обиход жителей земли. Эти крошечные огоньки инопланетного разума в последний момент привлекли гаснущее сознание Зигфрида, в следствие чего тот был спасен и помещен в реабилитационную Каморку Палатей Предварительного Заключения.

Так счастливо, хотя и не без элемента непредвиденной закономерности, называемой иронией судьбы, завершилась эта ловкая операция, позволившая Эшвастраэль продемонстрировать ноги на последующем Строгом Приеме у Его Наинизшества Дьявола, требовавшего отчета о злодеяниях.

И сказал Дьявол, поднимая бокал за здравие чемпионки, такие слова:

"Долги пути существ, отмеряющих дни махакальпами, в очах коих дела миров подобны искоркам близ фонарей в ночи, а перипетии культур бабочкам-однодневкам или трамвайным билетам со счастливым числом, которое есть число демоническое и число Эшвастраэль, и грациозно бегущее в конце-концов становится Первой Леди, тогда как вяло ковыляющее остается в памяти, которую стирают навсегда, ибо ход красоты функционален, а путь ее ясен, как обе параллельные спирали Всего и Всегда. Запомните-же, дети, эти слова неистины и порока: видит Дьявол того, кто Зол, а не того, кто глуп; не тот, кто постарался удлинить ноги, прибудет раньше других, а тот, кто хотел и мог их продемонстрировать на благо всех благородных существ. Таким образом, гарантом защиты всех существ от козырей Добра является Эшвастраэль."

 

Тексты цикла Эшвастраэль в хронологическом порядке:

Удачной охоты

Та сила, что вечно хочет Зла и совершает Зло

Анима Нации

Мерзость Запустения

Поиск по сайту

Donna Anna Org. (DAO.), 2003-2017