Остров собак

некоторые наблюдения за обычаями и нравами, увиденными путешественником

В девятом океане мне показали собачий остров и я потребовал, чтобы пароход незамедлительно повернул в одну из нарядных гаваней. Украшения как самих гаваней, так и кораблей, стоявших на причале, были сообразны собачьим представлениям о должном и правильном. И так же, как собака, царственно обитающая среди людей, снисходительно принимает все предметы человеческого дискурса за данность "как есть", ничуть не удивляясь ни одной из скудного набора странных, логически невоспроизводимых ее деталей, так следует и гостю вести себя в собачьем порту.

Не удивительно ли, что собака и ее враг - кошка - с равной долей умудренной невозмутимости живут в человеческом обществе, которое значительно понижает планку онтологической адекватности, формируя узкие экзистенциальные границы с прискорбно низким богатством выбора, который зачастую не совпадает с выбором, находящимся в круге интереса той же собаки. Она, однако, со спокойным достоинством взирает на то, что предстает ее очам, лишь хлопает ресницами да грациозно кладет морду на лапу. Все эти автомобили, телевизоры, электрические зубные щетки - можете ли вы с уверенностью утверждать, что разум ваш не отказал бы и не упал при столкновении с подобными вещами? А собака и кошка, как кажется, махнули рукою на это и оставили вас заниматься своими никому не нужными делишками.

Надо заметить, что собачий остров не менее, а может и куда более предпочтителен для праведников, нежели знаменитый остров блаженных, на котором все обустроено по-людски, то бишь чистенько-бедненько. Однако, на собачий остров попасть может не всякий. Я не говорю о пребывании по гостевой визе, а о том системообразующем, основательном поселении, к коему принято готовиться и посвящать хождению по инстанциям долгие годы ненастоящей жизни. Говорят, что к собакам принимают только такого праведника, который заслужил особое родственное отношение, например, был усыновлен собакою. В таком случае счастливчика в конце моста мертвых встречает благодушная собака на запряженной тройке или же в удобной карете, куда и сажает своего приемыша, чтобы отвезти в великие собачьи палати, для начала в официальном порядке - в ратушу, где будет засвидетельствовано уважение праведника к девяти старшим собакам, - а затем в логово с поющими деревьями и цветами, пчелами и сахарными косточками под луною.

Так об этом говорится в Сутре Собачьей Земли (Шунидишасутра):

Почтение к девяти старшим собакам он свидетельствует:

1) когда первая обходит его, он стоит неподвижно;

2) вторая обследует его, он стоит неподвижно;

3) третья возлагает коготь лап на него, он остается недвижимым;

4) четвертая выгибает спину пред ним - он гладит ее, пока не пройдет вечность;

5) пятая взглянет на него (проницательным взглядом), он не отведет глаз, останется неподвижным, как камень;

6) шестая разомкнет уста, он стоит неподвижно;

7) седьмая старшая собака оближет его губы, он должен сохранить неподвижность;

8) восьмая сомкнет челюсти на горле его - он останется недвижимым;

9) девятая старшая совершит пред ним похотливые движения - это большая, очень большая старшая собака, и он сойдется с нею.

Что касается качества экзистенции собак, то оно в метафизическом смысле столь высоко, что ни в коем случае не стоит смешивать "собаку и кошку" в одну единственную парадигму, как это делается зачастую в целях разъяснения "на пальцах" того принципа кураторства, который свойственен как собаке, так и кошке из числа "живущих среди людей".

Ибо по сути своей собака - есть олицетворенная пустота, о чем достаточно хорошо осведомлены индоевропейцы, ведь как в санскрите, так и в эллинском языке собака фонетически и графически мало отличима от слова, обозначающего пустоту. Черная Кенома выглядит как собака - в темноте она неприметна и неслышно крадется, оказываясь рядом, чтобы вы в час того или иного занятия или в неурочную минуту почувствовали на себе внимательный взгляд.

Вы ощущаете при этом не только немоту, как созданье, которое что-то пытается понять, но не способно оформить свои прозрения в четкий язык скрипов и перещелкиваний, присущих речи прямоходящих раффлезианок, например, или других вселенских странников и странниц, создавших род человеческий, - вы чувствуете не только немоту, но и чувство вины, потому что знаете: вы забыли кое-что важное, в былые времена конституировавшее близость собак и людей.

Это самое важное не является тайной за семью печатями. Историками сегодня полностью восстановлен быт гиперборейцев, населявших некогда Атлантиду. Существуют агиографические, тектонические и даже песенные свидетельства, которые детально доносят до нас информацию о верованиях и настроениях гиперборейцев. Так, например, достаточно хорошо изучено их отношение к живой флоре и фауне, которая в те времена произрастала столь буйно, что достаточно было засадить зеленью один маленький островок, чтобы вегетация за считанные дни накачала кислородом всю оставшуюся землю. Собак и кошек в те годы существовало на земле невиданное количество.

В доме у каждого гиперборейца было принято держать собаку или двух, с которыми совокуплялись древние люди, не ведавшие греха плотского соития между собою. Культ женской чистоты, в ходе которого рослая, но тонкокостная голубоглазая блондинка задумчиво взбиралась на подиум в центре городка и распускала волосы, затем же заплетала их обратно в косу, этот культ соседствовал с культом мужской добродетели. Секс с женщиной, да и вообще с любой антропоморфной фигурой был под строжайшим запретом. Нарушители табу изгонялись за пределы острова туда, где, в бушующих безднах южных морей, становились неплохим кормом для акул, ныне представленных лишь в ископаемом виде. Впрочем, говорят, что и среди этих изгнанников находились смельчаки, которые принимались совокупляться с акулами, делом, но не словом демонстрируя собственную искренность. Стало быть, архаический человек даже в ситуации изгнания из племени не вешал носа и продолжал предпринимать попытки найти общий язык с живой и неживой природой.

Традиция гиперборейцев, возможно, пережила геологические катастрофы и сквозь тернии дошла до наших дней именно благодаря тем редким изгнанникам, которые, к нашему счастью, были наделены выдающимися, героическими чертами характера. Вместе с акулами, как считают исследователи, эти северяне мигрировали по - тогда еще морским - путям, обозначив будущие маршруты миграций, в том числе индоевропейских. В один из таких непростых дней, когда одинокий гипербореец, восседая на облюбованной акуле, вослед коей плыл выводок суровых, но милых акульчат, подносил к губам витую раковину - первобытную флейту, издававшую громовое гудение, на горизонте замаячил неприютный южный архипелаг, где обитали скорченные, не поднимающиеся с колен обезьяны. Принято считать, что пришествие гиперборейца для них стало полной неожиданностью - громом среди ясного неба. Немые и не знающие ни гимнов, ни искусств, ни ремесел, они, пресмыкаясь, выползали на болотистое побережье, чтобы снизу вверх рассмотреть пришельца. В эти мгновения их умы просветлялись, а из ушей вылетали пробки зловонных отложений. Казалось, они сами становятся выше и чище в присутствии повелителя акул. Конечно-же, мы не вправе говорить о том, что островитяне сознавали всю важность ситуации и понимали суть того, о чем пел гипербореец, но какие-то азы человечности с неизбежностью должны были отложиться в сером веществе, наполнявшем их скособоченные черепные коробки. Именно от этого гордого и одинокого гиперборейца они научились основам языка. Когда они, заходясь в поклонах и униженных славословных мычаниях, спешили проводить чужака в свои поселения или в то, что могло бы считаться таковыми, то первым делом вымучивали из себя звукоподражательные названия, указывая на кучу гнилушек, называли ее "домом", в котором жил "человек" со своей "женою".

"Ах, жена!" - Весело улыбался гипербореец, думая при этом, конечно-же, о собаке. Как знать, с каким ужасом и омерзением воспринял бы он правду, и не поспешил бы сломя голову бежать от монструозных островитян, когда увидел бы в домах их клоаки блуда между особями одного и того же рода-племени. Надеясь на то, что островитяне в общем и целом склонны к тому-же, к чему представители его собственного народа, гипербореец с уважением отнесся к их прокламируемым обычаям и обучил нужным словам. Так люди - будущие индоевропейцы - узнали слово, обозначающее "собаку", "пустоту" и "женщину".

Всякий раз, когда преосуществляется соитие, обретается единство и ровный настрой, - ты обретаешь большую часть того, что узрел в объекте твоего желания. И пусть этот объект будет низшим - ты обретешь много низшего; пусть же он, как в случае благородной собаки или кошки, будет возвышеннейшим, ты сблизишься с богами.

Досуг и времяпровождение населения собачьего острова отличается великим культурным разнообразием. Начнем с того, что среди собак очень распространена игра на арфе. В богатом логове может насчитываться до дюжины различных арф. Любят собаки и поплавать, для удовлетворения же оной культурной потребности по острову проложены каналы, которые, если я верно понял, легли в основу представления о молочных реках. Сразу же следует оговориться, что речь идет о собачьем острове, а на других островах подобных каналов может и не быть.

Значительный размер острова сделал возможным его многофункциональную территориальную организацию. Помимо гор, на которые собаки - а они блестящие альпинисты - взбираются весьма охотно, и уже упомянутых каналов, в долинах острова распаханы и засеяны пшеничные поля. Мне объяснили, что эти луга используются в ходе специальных фестивальных игр по отводу на злачные пажити. Собака, выбранная ведущей, объявляет остальным о том, что сейчас отведет их на злачные пажити, после чего пускается бегом по периметру острова. "Эй, это в другую сторону, эй, это в другую сторону!" - Хором лают ей вдогонку остальные участники, изображая недоумение и со всех сил корча мордочки и ушки столь умилительные, что у самих же на глазах появляются слезы. Забеги, начинающиеся в этот момент, могут длиться до нескольких дней, наполненных приятной тревогою и азартом. Для блага участников на остров завозятся мыши и кролики, равно как и суслики, зарывающиеся в землю таким образом, чтобы от собак потребовалась находчивость, когда же случается неожиданная находка, участнику засчитывается балл, и тем больше по размеру этот балл, чем ближе к месту пребывания спрятавшегося начинаются раскопки.

Отдельного внимания заслуживает игра в мяч. Собаки - большие знатоки различных спортивных многоборий, но, что касается игры в мяч, то тут они становятся сущими воплощениями строгого порядка и способны бороться за соблюдения игровых правил с таким усердием, которому позавидовал бы самый закосневший бюрократ. Поединки на мячах - реально долгое дело, отнимающее много дней, а то и недель. Не всякий праведник, только что усыновленный собакою, способен выдержать такое до конца. Он поневоле спрашивает себя в первые минуты: "было бы это так же весело, если бы длилось час, а два, а три? а сутки или неделю?" - В такие минуты нередко звучат обвинения в пессимизме, вполне оправданные, надо сказать. Но рано или поздно счастливчик претерпевает "мгновенное просветление", после чего с гордостью может поучать новоприбывших усыновленных следующими словами: "чем больше я узнаю собак, тем больше удовольствия нахожу в игре в мяч." - И ему внимают со столь напуганным видом, что сразу же поневоле испытываешь сострадание по отношению к новичкам. Сами собаки относятся, как правило, без особого интереса к становлению личности человека, потому что среди усыновленных ими рас он занимает миноритарную нишу и распространен лишь в некоторых частях острова.

Во время игры в мяч собака-ведущий делает выборку количества мячей, которые приказывает своим ассистентам вынести на край позиций игрового поля. После этого игроки, дождавшиеся сигнала, который издает один из опытных арфистов, бросаются на поиски мячей, затевая в конце поля "живую возню" с элементами охотничьего азарта. Вся соль представления заключается в строгих формулах соответствия количества принесенных назад мячей традиционным мерам, по которым издревле осуществлялась игра в мяч. В случае несоответствия, ведущий дает сигнал арфисту, который объявляет следующий раунд, во время коего по правилам мячи можно уносить обратно в конец поля. Учитывая большое количество игроков и то обстоятельство, что за один раз может быть принесен только один, самое большее два-три мяча, легко понять трудность задачи, решение которой может отнимать несколько дней.

Мячи же у них отличаются не только разнообразием форм, впрочем, находящихся в соответствии с ритуальным содержанием, но и искуснейшей выделкой, благодаря которой приобретают качества стремительной ртути, чего, не зная об этом заранее, нельзя было бы ожидать от скакучего, но неповоротливого черепа или же гранатового яблока или инертной шляпки крупного гриба. Порою мяч прячется за облачком благоухания, сам напоминая миниатюрное эфирное торнадо или надушенную метелочку, с помощью коей не то отгоняют мух, не то прихорашиваются.

Среди собак нет негатива по отношению к понятиям сладострастной суки и похотливого кобеля. Но развитый промискуитет у них соседствует с системой стратегий, направленных на охрану и развитие семьи. Охраной семьи занимается районный комитет защиты, дающий стопроцентную гарантию семье. Так, семья полностью защищается от падения метеорита, равно как и от других нежелательных явлений, список которых составляется при участии опытных консультантов. Говоря же о развитии семьи, следует помнить о том, что естественная прибыль населения засчет известных источников в данном случае не компенсируется убылью, а значит и продолжение рода в принципе должно было бы формироваться как негативный или отрицательный общественно-политический феномен либо набор геноцидальных регулятивных мер. Тем не менее, доктрина добросердечного отношения к каждой благородной семье не отрицает, но напрямую приветствует размножение, осуществляющееся следующим образом:

Глава семьи приглашает участников дома в большой зал, в светелку или на террасу, где, убедившись в том, что его голос доносится до всех ушей, объявляет: "кажется, у нас в семье ожидается прибавление!"

"Прибавление, прибавление!" - Хором отвечают собравшиеся собаки, сверкая глазами.

"Да, кажется, нас ожидает пополнение!" - Невозмутимо повторяет лидер. Затем, предавшись, если того захочет большинство, промискуитету, собаки настраиваются на одну волну и отправляются в находящиеся в центре острова залы прибавления и развития семьи. Служащий находит свободный зал прибавления и развития, который тотчас сдается в аренду этой дружной семье, ожидающей прибавления. Семья устраивается по кругу, направляя сосредоточенные взгляды на расположенный на цоколе кокон, гипнотизирование которого должно длиться несколько дней. В случае необходимости собакам предоставляется опытная сиделка (смотрелка), подменяющая задремавших. В коконе тем временем зарождается новая жизнь, формирующая собой пополнение семьи.

Подобные меры были бы лишены реального смысла, не будь в культуре собак четко сформулированного принципа фрактального расширения объективной среды обитания. Терраморфинг, азы которого должны быть известны каждому, кого волнует угроза перенаселения, предпринимается добропорядочной собакой, а значит и усыновленными лицами, в строгом соответствии с уже существующей структурою обитания. Так, если модель дома (используемая мной здесь в целях иллюстрации) состоит из зала сохранения и развития, палатей декламации и пения, студий струнного музицирования, кегельбана и благоустроенного бара, то и всякое расширение такого дома должно означать воссоздание точной копии каждого из этих элементов, соединенных по уже существующему плану. Если к собакам примыкает адепт из расы существ, размножающихся почкованием, например гидра, ему или ей проще всего освоиться с законами расширения среды обитания, но для человека это может представлять немало трудностей. Так или иначе, у каждого человека есть миска, свой дом, айпад и мягкая игрушка с имитацией голоса, что позволяет ему с удовольствием и пользой провести время между занятиями. Попивая сладкое собачье молоко, он приучается к прилежанию и с вниманием повторяет упражнения, которым позавидовал бы и сам Игнатий Лойола.

Несмотря на то, что собаки - большие ханжи в отношении чужаков, они твердо придерживаются законов терпимости по отношению к выбору каждой семьи. В общем и целом это неразрывно связано с четкой системою правового регулирования усыновлений, которые пользуются всеобъемлющим покровительством закона. Никому, конечно же, не придет в голову проявлять терпимость к "случайной" жертве кораблекрушения, выброшенной на берег: с нелегалами у собак разговор достаточно краток и при всем его безмолвии красноречив. Однако, будь хотя бы самый распоследний и, с точки зрения собачьей эстетики, сомнительный приживалец усыновлен по всем правилам, он получает удостоверение категории Б, открывающее ему доступ к целому ряду неотъемлемых благ собачьего общества, в частности, а может быть и в первую очередь - это доступ на зрительские трибуны различных мероприятий, за которые просто невозможно не сказать спасибо.

 

См. тж. Собака (Словарь Суккубов)

и Остров (Словарь Суккубов)

Донна Анна

Материалы

Новое

О сайте

Поиск по сайту

Donna Anna Org. (DAO.), 2003-2018