Принцесса перекрестков и Теория мостов

-Каждая минута, проведенная со мной, сокращает жизнь на один день. Кожа лица твоего приобретет бархатистость и нежность, как у юноши, но бледная печать разложения увенчает твою красоту, это все... Твои органы сгниют, продолжая работать, их функционал будет обезображен, но ты не почувствуешь боли.

Слова Донны Анны журчали в прохладном весеннем полудне. Мы приближались к перекрестью дорог, на котором должна была появиться принцесса.

Принцесса перекрестков - один из самых прекрасных снов Великих Ночных Бегуний, ее черные волосы развеваются на ветру, затмевая пространство до горизонта, блестящая от ароматного пота кожа колдовски привлекательна как смерть от поцелуя полуденницы. Даже в холодные дни пот струится по ее лицу; даже холодные части тела наполнены жаром. Ее локтевые шипы всегда располагающе манят дотронуться до них языком.

Она передвигается по дорогам на грохочущем железном коне, ужасающем собрании блестящих деталей и безделушек неясного назначения, скрученных трубок, стержней и колес. Иногда в ее свите доминируют суровые всадники в полных доспехах, их молчаливые кони закованы в матовый небесный металл, как и они сами; при малейшем намеке на косой взгляд или по тайному знаку принцессы эти рыцари ощеряются тысячью лун, но издалека напоминают жгучую звезду. Порой за принцессой летят в своих седлах мертвые и пьяные байкеры, пожирающие все виды протяженностей.

В руке у принцессы что-то блеснуло - она поднесла к губам и сделала из горлышка несколько глотков, а потом швырнула наполовину полную бутылку одному из приверженцев. Тот сконцентрировал взгляд на горлышке и жесткая борода его зашевелилась, длинным языком принялся жадно лизать он стекло, касавшееся губ принцессы, а потом вдруг выпрямился в седле, подпрыгнул и спиною рухнул на дорогу, забившись в конвульсиях. Из его широко распахнутых глаз, куда попадали пыль и песок, струилось блаженство. Другой байкер ловко нагнулся в седле и перехватил бутылку, вскоре после чего повторил судьбу первого. На лице принцессы мерцала сдержанная улыбка.

-Половину жизни они спят, половину оставшегося времени проводят в блаженстве, половину оставшегося от этого времени мертвецки пьяны, половину оставшегося после этого времени едут куда глаза глядят. - Прокомментировала Донна Анна. Мы переглянулись в полном безмолвии.

"Ее волосы почернели от света тысячи переходов." - Сказал я себе. Еще один байкер вылетел из седла, его машина опрокинулась и разлетелась на части, я видел медленно вращавшееся колесо, которое неслось по воздуху. Оно не могло причинить мне вреда и, с шипением пройдя через грудную клетку, исчезло за спиной.

Принцесса спрыгнула с хребта ее железного ужаса и, спокойно опустив руки, остановилась в нескольких шагах от нас.

-Хотела удостовериться в том, что вы настоящие. - Сказала она, обведя глазами останки байка, продолжавшие с подвываниями вращаться вокруг меня. Я прошел сквозь рой и церемониально преклонил колено, а затем поцеловал принцессу в живот, как того требует обычай.

-Я не из тех суккубов, которые вам известны, - она встретилась взглядом с Донной Анной, - поэтому на сегодня одного поцелуя будет достаточно.

-Она права. - Подтвердила Донна Анна.

-Вы появились прямо на перекрестке из ниоткуда... - Старательно произнес я, глядя в лицо принцессе. Мне хотелось заставить ее улыбнуться и обнажить зубы, чтобы исключить все неточности. Я смог бы даже с закрытыми глазами определить суккубические ряды зубов. Однако принцесса была очень проницательной и косо усмехнулась, не размыкая губ.

Мелькнула тень и за спиной у принцессы раскрылись темные крылья.

-Меня, - сказала она, сверля меня глазами, - отличает от моих сестер... то, что я с самого Начала хотела... вести беспорядочный образ... существования. Я... появилась не для того, чтобы остаться, но и не затем, чтоб исчезнуть... Ко мне привязались эти...

Она оглянулась на свиту. По нестройным рядам байкеров по-прежнему ходила заветная бутылка.

-Привязались ко мне, взявшись из бесчисленного множества миров, куда я лично... или кто-то от меня лично приходил, чтобы забрать, выпить до самого дна... сосуд их мимолетного огонька...

Голос принцессы дрогнул и глаза засветились.

-И вот они следуют за мной... Все понятно я объясняю?

Она подняла брови в напускном сомнении.

-Да. - Я кивнул и сложил ладони в знак согласия. - Мне это понятно и я благодарен вам за подробные разъяснения, которые вы дали несмотря на то, что не любите стоять на одном месте.

-Ну что-же... - она задумчиво провела кончиками пальцев по пряди блестящих черных, упавшей ей на грудь, - подвезти вас куда-нибудь или дальше вы своим ходом?

"Отказываться нельзя." - Подумал я и покачал головой.

-Нам нужно в библиотеку Черного Креста. - Сказал я, покосившись на Донну Анну. - Я собирался заниматься совместным чтением слов созидания и креации от конца до начала. Если вы позволите мне и моей спутнице занять место на одном из ваших летающих железных кошмаров, это было бы очень мило.

 

Та бесценная информация, которую дала принцесса, напомнила о догмах суккубологии, иллюстрируя их с другой, может быть чуть менее изученной стороны. Она сказала, что с ее точки зрения пересечение неадекватных протяженностей, которые в действительности не пересекаемы, неотличимо от пересечения равных, почему и всякий мост для нее - это не более чем перекресток.

Обратив взор прямо перед собой, я вынужден был согласиться с нею, ведь и для меня протяженности низшего порядка совершенно прозрачны и менее низшее равно более низшему, также как смысл бытия амебы равен смыслу человека, будучи подобным песчинке в виду скалы существования Нас.

Но было кое-что еще. Напоследок, осушив полбутылки ароматной настойки, принцесса прижалась лицом к моему и произнесла следующее:

-Каждый, кто восходит на мост, взлетает слишком высоко и должен умереть.

Великое значение этих слов вынудило меня погрузиться в анабиоз. Надо заметить, что путешествие в изначальный мир проходит через несколько деструктивных стадий, первые из которых это отрицание жизни и отрицание формы. Отрицая жизнь, мы достигаем Небесной Калькутты, а отрицая форму становимся частями вечной тени.

Ровные улицы Калькутты залиты светом, никогда не бросающим теней, но ее подвалы или так называемые застенки погружены в красноватый мрак, представляющий собой прототип красного вещества, если можно говорить о прототипе того, что везде и всегда есть прототип. Через узкие бойницы застенок открывается вид на пустоту. Разлагаясь под воздействием дыма, из которого происходят как застенки, так и сам Город, мы превращаемся в тень, чтобы выскользнуть через эти бойницы и стечь, подобно липкой влаге, по витым ветвям сгустившегося дыма. Вторым путем деструктивного хода является жерло печи, а третьим порог, у которого есть лицо - это лицо каждого существа Хаоса.

В центральной части застенок, обвившись вокруг Печи, дремлет старинный дух, которого называют хранителем всех миров, но на самом деле он оплот Небесной Калькутты и первое существо, взглянувшее из теней. Когда мне нужно обдумать проблемы космогенеза, мои удушающие клубы летят через застенки, не встречая никаких душ, и замирают где-нибудь рядом с оплотом, я дотрагиваюсь невидимой ладонью до горячей кирпичной стены и становлюсь недвижимой кристаллической структурой. Это помогает мне обстоятельно рассмотреть каждый из ста шестидесяти миллионов вариантов интересующей задачи.

Я могу совокупляться одновременно с двумя суккубами, но по сути дела рассчитан на то, чтобы держать на себе до девяти, это очень важно для анабиоза, потому что кристаллическая структура является общей для всех инстанций нашей могущественной организации.

Издревле другой берег реки считался иным миром, доступ в который был для простого смертного возбранен. Так называемые мосты своим появлением обязаны магам и никогда не были наделены секулярными и повседневными функциями. Так, бытовали эльфийские мосты, а в одном городе я видел поныне сохранившийся настоящий суккубический мост, который, конечно, давно лишился своего настоящего имени, но мне удалось успешно его отремонтировать.

Сакральной функцией мостов обусловлены и особые условия бытования лодочника как единственного, кто имеет сообщение с иным миром и может курсировать между этим берегом и другим. (Сейчас мы не будем возвращаться к теории лодочника, заметив лишь, что его душой владеют существа Хаоса, силой которых так называемая лодка движима). Однако есть некоторая странность в донесениях, которые не касаются проблемы адекватности пересекаемого, ведь на самом деле пересечение моста, производимое фигурой, принадлежащей к его онтологической размерности, не имеет ровно никакого отношения к пересечению реки или пропасти и соприкосновению с протяженностью той. Переход моста представляет лишь фикцию перехода, но в действительности предусматривает нахождение в одном и том-же как до, так и после, а потому единственная возможность перехода в случае моста состоит в прыжке с него вниз. Излишне было бы подчеркивать, что неравенство пространств пересекаемых полностью исключает какую-либо выживаемость в ходе подобного шага.

 

См. тж. Мост (Словарь Суккубов)

и Лестница (Словарь Суккубов)

Донна Анна

Материалы

Новое

О сайте

Поиск по сайту

Donna Anna Org. (DAO.), 2003-2018