Рыба из Наэрго

предание о смене космических циклов

В паутинах долин горела утренним огнем серебрянная роса, когда Донна Анна, подозвав собаку, кормила ту собаку изысканными лакомствами - рыбами и источавшими пленительный аромат соцветиями галактических гало, некоторые из которых были подвижны.

Кое-кто, наблюдая за процессом кормления, счел бы, что собаке безразличен внешний вид лакомства, но только не я, ведь я и сам однажды был собакою и мне известно, что та наделена безупречной способностью различения форм, равно как и пристрастиями, позволяющими выделять особо приглянувшиеся. Есть, правда, одна проблема, заключающаяся в массе мозга.

Я скажу, как есть, - собака не может жить в собаке - не вмещается целиком. Бывает, обернувшись собакой, начнешь думать, а никак не можешь закончить, будто нацелился сорвать яблоко, являющееся вроде бы луною в небе. И хотя в глубине души ты смекаешь, что являешься компонентом субъективизации, а значит и сознание твое умещается на кончике швейной иглы, однако не можешь преодолеть порога уразумения.

Мало мозга, мало нервов, и всякое начинание упирается в извечное "никак". И лапы не такие уж ловкие на самом-то деле, и пасть не достаточно универсальна, и вообще спрашиваешь себя, как такое существо могло дожить до зрелых лет.

Потом понимаешь, как: оно удачно устроилось.

Ну, значит, кормила она собаку, а потом заметила, что я уже здесь - только что появился из камина и уже наблюдаю за кормлением, делаю какие-то свои выводы и произвожу вычисления.

-Как ты думаешь, что это такое? - Направив подпиленный пилкою коготь на серебристое тело рыбы, спросила она.

Я приложил к глазу зрительное стекло и взглянул на предмет исследования. Рыба была дюймов пятнадцать в поперечнике, выкрашена вроде как под цвет морской волны с засосами лиловых оттенков. Этот довольно внушительный лакомый кусок обладал для собачьего нюха ароматом весьма притягательным, хотя на человечий взгляд запах мог бы показаться чересчур резким - вызывающим смешанные галлюцинации и панические страхи, как у задумавшего понюхать мурену и для того сорвавшего с себя шлем водолаза.

Подобно аромату красной юбки, тонущему в благоухании Суккуба, за всем скрывается другое: за каждой вещью, как за дверью, нас ожидает гул водопадов бездны. Чтобы войти туда, чтобы перейти через порог, потребуется не много, но и не мало - смотря с какой стороны взирать - преодолеть стереотипное представление о том, что мы существуем. Но когда мы это сделаем, то станем вхожи и уже ничто не сможет нас остановить.

Поменяв фазу и во плоти войдя в духовное измерение, я в тот же миг узрел ту Силу, основой и центром которой в этом месте и в этом времени была Донна Анна, на фоне которой меркло неземное сияние собаки, равно как и рыбы - скиталицы примордиальных топей, трансформировавшейся в потоке в нечто, являвшееся продолжением впившихся в нее когтей.

Подобно тому, как маленькая комета растворяется в джете нейтронной звезды, лакомство купалось в неиссякаемом континууме, который происходил от источника темноты, приглашавшего поближе познакомиться с тайнами своего горизонта событий. Так большая рыба становилась продолжением большей двери, ведущей в бездны Хаоса, что, однако, не позволяло говорить о том, что при других обстоятельствах это благородное водяное животное не произвело бы подобного же эффекта, столкнувшись с менее массивным объектом, например, потерявшимся в пространстве и времени ковчегом поколений, ведь все, включая размеры и массу, в высшей мере относительно.

Закончив изучать собачье лакомство, я ответил вопросом:

-Дверь в иные миры?

-В некотором роде, но слишком маленькая, чтобы пройти, если только не по частям. Подобно тому, как нить, выдернутая из кашемировой юбки, проходит сквозь игольное ушко, через маленькую дверь пройдет лишь низведенное до элементов. Интересно другое...

Она оживилась и ее щеки покрылись румянцем.

-Интересно, что, - продолжала она, - при распаде этой вещи выделится достаточно негативной энергии, чтобы процесс распространился на весь космос. Достаточно сказать "НЕТ" одной выуженной из болот Дельты рыбе, чтобы не стало вселенной. Хочешь попробовать?

-Нет.

Я хотел было добавить "не сейчас", потому что сейчас еще планировал выпить стакан рисовой водки и только после этого испробовать таинство уничтожения, однако, процесс был приведен в действие и рыбешка исчезла.

То, что произошло дальше, не поддается описанию, но я пару слов все-таки скажу, обрисую в общих чертах ситуацию. Объединенная сила субгравитонов, до этого момента поддерживавших рыбу на плаву, то есть создававших ее как рыбу, как вещь и как данную нам в преломлении субъективизации космическую данность, была освобождена от выполнения своей кардинальной функции и моментально вернулась к состоянию по умолчанию, тем самым разнеся в клочья все зримое и незримое, что пребывало вокруг.

Субгравитон вообще-то не ведает ограничений, накладываемых координатами пространства, которое им самим и создается, поэтому его сила, будучи обнуленной, то есть, образно говоря, из состояния возбужденной струны приведенной к состоянию безупречной прямой, полосует космос от и до. Дело в том, что за какое-то мгновение до катастрофического финала космос еще не знает об остановке субгравитона и все его материи продолжают штатно вибрировать - в результате чего космос самоубивается об остановившиеся протяженности субгравитона и возвращается к тому же, с чего начинался, то есть к ничему.

О стакане рисовой водки, конечно, пришлось на время забыть и мы - Донна Анна с разметавшимися волосами, лающая собака и я - ретировались, оставив эту пустоту в покое, а на новом месте мы, прежде всего, постарались отыскать славную возвышенность среди гор, чтобы построить палати славы и величия, в палатях же средь стен сформировать опочивальню, где возлежать благородной семье. И так начиналась совсем другая история, история другого космоса, история, замешанная на мощном соткновении пылающих, страстных сердец и уст, вечно источающих традиционное знание.

Были в той истории и другие рыбки, другие кормления собак, другие стаканы ледяной воды, южные и северные ветра, дни и ночи, игра на арфе и океаны лунности, и там не было никого и ничего из того, что исчезло по воле слетевшего с моего языка слова "НЕТ".

Другие материалы по теме:

Абсолютная плотность
Донна Анна рассказывает об относительной плотности и бесплотности Суккубов...
Две собаки и волшебный цветок
Вместе с Донной Мариам мы обращаемся в собак...
Донна Анна распускает юбку
Донна Анна объясняет, что, появившись в изначальной Дреме, Суккубы были, есть и будут быть облачены в формы смерти...
Рыба из Наэрго
Предание о двери в иные миры, о слове "НЕТ" и о смене космических циклов...
Рыба - Словарь Суккубов
Продолговатая и придерживающаяся формы мандорлы разновидность органической жизни...

Донна Анна

Материалы

Новое

О сайте

Поиск по сайту

Donna Anna Org. (DAO.), 2003-2019